Акт абсурда Ростехрегулирования: проект Закона «О стандартизации» как образец некомпетентности

Акт абсурда Ростехрегулирования: проект Закона «О стандартизации» как образец некомпетентности - (часть 3)

Обновлено 04.08.2010 12:24 Автор: Моисей Гельман 02.04.2009 13:55

Халтура на ниве стандартизации>

В качестве некой альтернативы «военному» стандарту авторы законопроекта приводят понятие национального стандарта: «Это стандарт, принятый национальным органом по стандартизации и доступный широкому кругу пользователей».

Полнота формулировки потрясает. Чем они отличаются по сути своей, каковы их предметы регулирования и еще многое другое, надо полагать, засекречено. И если «национальный» - синоним прилагательного «российский», то принадлежность военных стандартов, а также кто их разрабатывает и принимает, похоже, тоже гостайна, так как в законопроекте об этом ни слова.

Неувязка вышла также с национальным органом по стандартизации. В п. 2 ст. 6 законопроекта сказано: «Управление стандартизацией в Российской Федерации осуществляет федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный Правительством Российской Федерации на исполнение функций в качестве национального органа Российской Федерации по стандартизации (далее – национальный орган по стандартизации)».

Но согласно указу Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» никаких таких национальных органов в стране не существует, и правительству не поручалось подобные органы учреждать. Поэтому неясно не только что означает национальный стандарт, но и кто будет принимать национальные стандарты. Видимо, их, как и техрегламенты, содержимое которых столь же туманно, спихнут на правительство, а у него и так дел невпроворот.

В законопроекте говорится еще о неких региональных стандартах, тоже без пояснения их предметов и всего прочего, которые должны приниматься несуществующими в стране региональными организациями по стандартизации.

Замечу, что в законе – официальном документе, упоминаемые в нем организации необходимо указывать согласно их официальным названиям. В структуре Ростехрегулирования в соответствии с утвержденным Правительством РФ положением об этом федеральном органе действуют межрегиональные территориальные управления, а в их составе – территориальные отделы (инспекции) госнадзора. Все они наделены только функциями контроля, и не уполномочены принимать стандарты, в том числе какие-то региональные неведомо для чего предназначенные.

Придуманные в законопроекте региональные организации по стандартизации – тоже нечто новое во властной административной иерархии. Но тогда необходимость их создания, как и внедрения прочих новаций, требовалось обосновать в сопроводительных документах, прилагаемых к законопроекту. Но его авторы обошлись очередной директивой, изложенной ими в ст. 27 и названной «Приведение законодательных актов в соответствии с настоящим Федеральным законом». Приказать, приказали, а там хоть трава не расти.

Создается впечатление, что и авторы, и заказчик законопроекта живут в каком-то ином государстве, не ведая даже о структуре органов власти Российской Федерации. А представители заказчика, Ростехрегулирования, похоже, не знакомы и со структурой собственной организации. Заглянули хотя бы на ее сайт.

Еще замечу, что согласно ст. 71 Конституции РФ, стандарты находятся в федеральном ведении, и принимать их должны, естественно, только уполномоченные на то федеральные органы исполнительной власти, а не неведомые «региональные органы по стандартизации». Так что, замахнувшись на коррекцию Конституции и упомянутого указа Президента страны, авторы законопроекта уподобились Хлестакову из гоголевского «Ревизора», проявлявшему «легкость в мыслях необыкновенную».

Ну, а заказчик, который даже не отредактировал заказанный им документ, оказался в положении не только городничего, но одновременно и унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла. Совершенно очевидно, что проект не подвергался ни правовой, ни лингвистической, ни научной в области стандартизации экспертизе, но его уже несколько месяцев публично обсуждают и «в целом одобряют». Точно также «одобрялись» опасные законы о техрегулировании, единстве измерений, о всяких техрегламентах…

Столь же непрофессионально сформулированы в законопроекте прочие положения и определения других терминов, включая стандарты предприятий, отраслевые стандарты, а также нечто новое – какие-то непонятные предварительные стандарты. Вместе с тем, многие положения и нормы законопроекта вообще противоречат действующему законодательству.

Спрашивается, в частности, почему национальные и отраслевые стандарты не являются нормативно-правовыми документами, обязательными для применения, если должны приниматься федеральными органами исполнительной власти, и каковы различия между ними? А могут ли национальные стандарты быть региональными, то есть стандартами национальных республик? Эти и другие важные правовые вопросы не получили отражения в законопроекте.

Нельзя также не обратить внимания на весьма оригинальное определение системы стандартизации:

«Система, образованная участниками работ по стандартизации, а также национальными и государственными стандартами, предварительными стандартами, общероссийскими классификаторами технико-экономической и социальной информации, правилами их разработки и применения, правилами стандартизации, нормами и рекомендациями в области стандартизации, сводами правил и отраслевыми стандартами».

Подобная формулировка – еще одно следствие явных, возможно клинических, пороков в представлениях о людях и бумагах. Ее авторы не отличают также совокупность участников работ по стандартизации от системы нормативно-правовых документов в этой области, полагая все единым целым. А до этого, напомню, они военных госзаказчиков назвали контрактами.

Словом, все обсуждавшееся выше, а это содержимое лишь первых пяти из 28 статей законопроекта, не имеет никакого отношения к правовым основам стандартизации и представляет собой набор, большей частью, ошибочных и надуманных утверждений, представленных в качестве правовых норм, причем, нередко противоречащих друг другу и законодательству.

Статья 6 якобы посвящена госполитике в области стандартизации, но никакого отношения к ней не имеет. К тому же политика не может быть предметом федерального закона, так как это всего лишь декларирование некой деятельности.

Остальная часть законопроекта, а это по объему добрые его две трети, отведены, как утверждается в названиях соответствующих глав и статей, вопросам организации работ и документам по стандартизации, включая участие общественных органов – технических комитетов. Но подобные вопросы - предметы подзаконных актов и ведомственных приказов и распоряжений.

Стремясь обойти Закон «О техническом регулировании», авторы законопроекта в ст. 20 попытались регламентировать применение так называемых национальных стандартов, не сформулировав признаков их идентификации и критериев выбора предметов регулирования. Поэтому использовать статью в качестве руководства к действию, на мой взгляд, совершенно невозможно.

Окончательно запутает пользователя ст. 26, согласно которой «разработанные до введения в силу Федерального закона «О техническом регулировании» отраслевые стандарты применяются на добровольной основе до разработки соответствующих национальных стандартов или сводов правил». Но что такое отраслевые стандарты в современном, в отличие от прежних ОСТов, представлении, и что делать с необязательными теперь ГОСТами, прежде всего, на продукты питания, остается неизвестным. Между прочим, правила, согласно определению законопроекта, тоже отнесены к стандартам.

Так что иначе как халтурой назвать этот, с позволения сказать, законопроект не могу. Его разработка приказом Минпромторга была поручена Ростехрегулирования, для чего ведомство должно было составить техзадание, найти которое не удалось.

За законопроект наверняка заплатили деньги, и немалые. По официальным нынешним расценкам – никак не меньше 20 млн. рублей. Если деньги были бюджетные, должны были объявить конкурс, которого не было. Если же написан законопроект на «спонсорские» средства, а это значительно большая сумма, то, надо думать, с одной целью: завалить его принятие, чтобы сохранить Закон «О техническом регулировании», и с тайным расчетом на последующие кадровые оргвыводы.